Салон Кюве С Ле Мениль Блан де Блан Брют 2002 (Salon Cuvee S Le Mesnil Blanc de Blancs Brut 2002) в бокале выглядит как совершенная, почти нереальная концентрация мелового света: бледно‑золотистый, перламутрово‑соломенный цвет с холодными зелёными отблесками по краю, тончайший, не спешащий, но бесконечно устойчивый перляж, выстраивающийся в ровные, очень мелкие цепочки, так что вино кажется не игристым, а словно подсвеченным изнутри прозрачным плазменным столбом, в котором свет задерживается дольше, чем должен . На носу 2002‑й Salon раскрывается медленно и завораживающе, как сложный, постоянно меняющийся аромат: от хрустально‑деликатных весенних белых цветов (акация, боярышник, цветы апельсина, белый жасмин, сирень) и лимонного цвета до нот лимона, лимонной цедры, лайма, зелёного яблока и жёлтой сливы, к которым присоединяются меловая пыль, раздробленный кремнёвый камень, йодисто‑морской штрих, едва солёный бриз и ощущение ракушечной извести; по мере прогрева в аромате проявляются сливочный крем, тёплый бриош и лимонные мадленки, апельсиновый мармелад, мёд, миндаль, фундук, кремовый ореховый бисквит, тонкий намёк на восковую корочку цитрусов, ореховую пасту и белый перец, а где‑то в глубине — тени горячего имбиря, белого табака и дыма кремня, так что букет балансирует между морской прохладой и тёплой, кондитерской лаской . Во вкусе 2002 Salon оправдывает статус одного из «современных монолитов»: атака линейная, почти лазерная — тончайший, но плотный и настойчивый поток лимонной и лаймовой кислотности, зелёного яблока, жёлтой сливы, жёлтой груши, цитрусовых конфитов и белых косточковых прорезает нёбо вертикальной меловой стрелой, на которой держится вся архитектура вина; при этом mousse кажется невесомым, но невероятно плотным по энергии, как очень мелкая, но упругая ткань пузырька, и в этой ткани постепенно проступают слои вкуса: сначала лимон, лайм, грейпфрут, зелёное яблоко и белая смородина, затем — мёд, апельсиновый мармелад, цукаты, лимонные мадленки, тёплый бриош, сливочный крем, миндаль, фундук и лёгкая нота орехово‑маслянистого бисквита, а под всем этим — йодисто‑соляной, кремнёвый, чуть дымный скелет Le Mesnil, который придаёт вину почти электрическое напряжение . Структура Salon 2002 выстроена как редкий союз аскетизма и роскоши: высокая, хрустящая, но кристально чистая кислотность, почти «осколочная» меловая минералка и тонкие фенольные штрихи создают ощущение строгого, вертикального каркаса, на котором густыми, но прозрачными слоями лежат зрелый фрукт, мёд, бриош, орехи и крем; в какой‑то момент вино кажется почти сухим до аскетизма — солоноватая, йодистая линия, белый перец, горячий имбирь, кремнёвый дымок — а в следующий миг разворачивается мягкостью меда, лимонного крема, тёплой выпечки и орехового пралине, при этом баланс остаётся идеальным, без ощущения тяжести или сладости, будто каждый миллиметр вкуса выверен циркулем . Финиш у 2002 Salon почти бесконечен и меняется на протяжении минут: сперва остаётся сфокусированное эхо лимонной и грейпфрутовой цедры, белого перца, морской соли и мела, затем возвращаются мягкие волны апельсинового цвета, меда, миндаля, бриоша и лимонных мадленок, затем вновь проступает кремнёвый дым и йодистая прохлада, и этот маятник между морем и кондитерской, между хребтом и плотью продолжается всё то время, пока вино держится на нёбе; остаётся ощущение тончайшей, почти невесомой, но несгибаемой структуры и светящегося изнутри цитрусово‑мелового рисунка, который делает Salon Cuvée S Le Mesnil 2002 не просто великим винтажным Blanc de Blancs, а своего рода идеальным автопортретом терруара Le Mesnil, застывшим в одной, абсолютно узнаваемой и почти «нечеловечески» точной ноте.
